Информация

Решение Верховного суда: Определение N 19-АПУ16-6 от 14.09.2016 Судебная коллегия по уголовным делам, апелляция

ВЕРХОВНЫЙ СУД

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

№ 19-АПУ16-6

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ г. Москва 14 сентября 2016 г.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе

председательствующего судьи Ботина А.Г.,

судей Романовой Т.А., Смирнова В.П.

при секретаре Прохорове А.С.

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного Гучучалиева С М . и в защиту его интересов адвоката Лабазандибирова М.Ш. на приговор Ставропольского краевого суда от 8 апреля 2016 г. по которому

Гучучалиев С М ,

ранее

не судимый осужден к лишению свободы: -по ч.1 ст.210 УК РФ на 15 лет с ограничением свободы сроком на 2 года; -по ст.317 УК РФ (посягательство 13 октября 2011 г. на жизнь сотрудников УФСИН по Республике ) на 17 лет с ограничением свободы сроком на 2 года; -по ст.317 УК РФ (посягательство 30 марта 2012 г. на жизнь сотрудников МВД России по Республике П иМ на пожизненное лишение свободы; -по пп. «а», «е», «ж» ч.2 ст. 105 УК РФ на 17 лет с ограничением свободы сроком на 2 года; -по ст.295 УК РФ (посягательство 15 января 2013 г. на жизнь судьи Верховного Суда Республики М на пожизненное лишение свободы; -по ст.317 УК РФ (посягательство 6 февраля 2013 г. на жизнь сотрудников ДПС ОБДПС ГИБДД МВД России по Республике С М и К на 18 лет с ограничением свободы сроком на 2 года; -по ст.317 УК РФ (посягательство 24 мая 2013 г. на жизнь сотрудников МВД России по Республике Д К и И на 20 лет с ограничением свободы сроком на 2 года; -по ст.317 УК РФ (посягательство 31 мая 2013 г. на жизнь сотрудников МВД России по Республике осуществлявших задержание Г на 16 лет с ограничением свободы сроком на 2 года; -по ч.4 ст. 166 УК РФ (завладение 11 января 2013 г. автомобилем М.)

на 9 лет; -по ч.З ст. 166 УК РФ (завладение 11 января 2013 г. автомобилем И.)

на 7 лет; -по ч.4 ст. 166 УК РФ (завладение 6 февраля 2013 г. автомобилем М.)

на 8 лет; -по ч.З ст.222 УК РФ на 7 лет; -по п. «г» ч.2 ст. 112 УК РФ на 3 года; -на основании ч.З ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний - на пожизненное лишение свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима, с ограничением свободы сроком на 2 года, с установлением ограничений: не изменять постоянного места жительства и не выезжать за пределы муниципального образования, где осужденный будет проживать после отбывания наказания в виде лишения свободы, без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением осужденного, не посещать места проведения массовых и иных мероприятий (спортивных, праздничных, культурно-массовых) и не участвовать в указанных мероприятиях, не уходить из места постоянного

проживания (жилища) с 22 до 6 часов местного времени, с возложением

обязанности 4 раза в месяц являться для регистрации в специализированный

государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием

осужденными наказания в виде ограничения свободы.

Постановлено исковые требования прокуратуры Махачкалинского

гарнизона Республики Дагестан и ФКУ «»

о возмещении

имущественного вреда оставить без рассмотрения, признав за истцами право

на обращение с таким иском в порядке гражданского судопроизводства.

Взыскано с Гучучалиева СМ. в пользу М в счет

компенсации морального вреда 50 000 рублей.

Разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Романовой Т.А. о содержании приговора, существе апелляционных жалоб выступление осужденного Гучучалиева СМ. в режиме видеоконференц связи, его адвоката Лабазандибирова М.Ш., поддержавших доводы изложенные в апелляционной жалобе, мнение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Киселевой М.А., полагавшей, что приговор не подлежит отмене либо изменению, Судебная коллегия

установила:

Гучучалиев С М . признан виновным в том, что начиная с лета 2011 года участвовал в преступном сообществе, а с мая 2012 года руководил одним из его структурных подразделений, именуемым «»

; в составе организованной группы незаконно приобрел, хранил носил, передавал и перевозил огнестрельное оружие, боеприпасы и взрывные устройства; совершил 15 января 2013 г. посягательство на жизнь судьи М участвовавшего в отправлении правосудия, в связи с рассмотрением дел и материалов в суде, с целью воспрепятствования его законной деятельности и из мести за нее, а также ряд посягательств на жизнь сотрудников правоохранительных органов Республики в целях воспрепятствования законной деятельности этих лиц по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности и из мести за такую деятельность, а именно: 13 октября 2011 г. - на сотрудников УФСИН Д и лиц, осуществлявших его охрану, М.,

К М У Р и М 30 марта 2012 г. - на полицейских ОБКСП МВД П

иМ 6 февраля 2013 г. - на инспекторов ОБДПС ГИБДД МВД - С М иК 24 мая 2013 г на инспекторов ППС батальона полка ППСП УМВД России по г.

Д К иИ 31 мая 2013 г на сотрудников, участвовавших в его задержании, под псевдонимами И И П в ходе посягательства 30 марта 2012 г. на жизнь сотрудников правоохранительных органов, действуя организованной группой и общеопасным способом, совершил убийство Ч и причинил вред здоровью средней тяжести Ч осуществил 11 января и 6 февраля 2013 г. неправомерное завладение (без цели хищения автомобилями, принадлежащими И М и М

В судебном заседании Гучучалиев признал свою вину частично.

В апелляционных жалобах и дополнениях к ним:

осужденный Гучучалиев СМ. просит отменить приговор, считая его незаконным, необоснованным, несправедливым и передать уголовное дело для рассмотрения в Верховный Суд Республики Дагестан. В обоснование ссылается на то, что выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, уголовное дело в отношении его сфабриковано; к большей части преступлений он не имеет никакого отношения; показания были даны им под принуждением, в том числе в результате угроз расправы над семьей, доказательством чему является убийство 12 июля 2013 г. его отца Г после того как он (Гучучалиев СМ.) отказался от дальнейшего самооговора; данные им в судебном заседании показания судом значительно искажены, приведенные им в подтверждение своей невиновности доводы оставлены без внимания руководителем организованной группы « » он не являлся, что подтверждается его показаниями, а также свидетелей С от 17 января 2013 г., М лица под именем А и потерпевших под псевдонимами И и И умысла на посягательство на жизнь начальника УФСИН Д и сотрудников охраны последнего он не имел, а конфликт произошел из-за дорожно транспортного происшествия, переросшего в перестрелку, в которой он участия не принимал и оружия при себе не имел; изложенные им в этой части обстоятельства дела подтверждаются показаниями свидетелей Б И Г потерпевшего Д.,

а также протоколами осмотра и заключениями экспертов, которым суд дал неверную оценку; обвинение его в совершении данного преступления основано на показаниях сотрудников охраны Д которые по причине произошедших событий испытывают к нему неприязнь и заинтересованы в исходе дела; выводы суда об использовании им оружия изъятого впоследствии у М и О носят предположительный характер и опровергаются показаниями И которому М иО рассказывали, что стреляли именно они; о непричастности его к нападению 30 марта 2012 г. на сотрудников полиции М и П свидетельствуют показания М который видел его с близкого расстояния, но не опознал, а также другие доказательства, включая акты экспертиз, согласно которым выстрелы в потерпевших были произведены не из его пистолета, а пистолета О - «АПС» № выводы суда о наличии у нападавших на П и М второго пистолета ничем не

подтверждены, указанное оружие следствием не найдено; установленный экспертами факт производства выстрелов из пистолета О указывает на совершение преступления последним; сам он (Гучучалиев

СМ.) на момент совершения этого преступления отсутствовал в г.

так как скрывался в с. ; опознавшие его потерпевший

Ч и несовершеннолетний свидетель под псевдонимом

М перепутали его с О для опознания им была предъявлена его черно-белая фотография, сделанная десять лет назад, на которой его узнать невозможно; он не владеет узбекским языком и не курит что опровергает результаты опознания, состоявшегося с участием М после его задержания органы следствия не провели его опознание М воочию, не устроили с ней очную ставку; его невиновность в завладении машинами И иМ подтверждается их же показаниями о совершении противоправных действий К Д Н которых они опознали, а также заключением эксперта №1/886-13 об отсутствии происходящих от него биологических следов в автомашинах потерпевших; о совершении этих преступлений ему стало известно от А в связи с тем, что тот просил у него в долг деньги, так как оставил свои раненому водителю на лечение; показания М о его - Гучучалиева СМ. - участии в совершении угона автомашины даны в угоду следствию, являются противоречивыми в том числе с теми, в которых он (Гучучалиев СМ.) свою вину признавал; о неправдивости М свидетельствует сокрытие им от органов следствия факта получения денег от лиц, ранивших его; в деле отсутствуют данные об опознании его потерпевшим И,

так как тот отказался от повторного участия в этой процедуре; в совершении убийства судьи он участия не принимал, узнал об этом преступлении из средств массовой информации; его доводы о непричастности подтверждаются показаниями свидетелей И М С опознавших Д , К и Н как лиц, совершивших данное преступление; согласно заключениям экспертов №371, 358, 76 из пистолета «АПС» № изъятого у него выстрелы в судью М не производились, равно как и у изъятого у А - с номером экспертами в заключениях №13, 15 установлено, что выстрелы могли быть произведены из пистолетов среди которых пистолет конструкции Стечкина не упоминается; с Х ( он не менялся огнестрельным оружием; кроме пистолета «АПС» № другим оружием никогда не владел; выводы суда о наличии у него, а также в распоряжении участников организованной группы иного огнестрельного оружия являются вымыслом и ничем не подтверждены; его признательные показания содержат массу неточностей либо, напротив, слишком подробны, что указывает на непринадлежность ему этих показаний; он взял на себя вину А поскольку не желал по настоянию оперативных сотрудников оговаривать последнего и опасался угроз о расправе над своей семьей; протоколы допросов от 1 и 2 июня 2013 г. следователем были сфабрикованы, на обозрение и подпись ему не предоставлялись; показания в них составлены частично с его слов, а в большей мере надуманны следователем и оперативниками, в том числе там,

где идет речь об обмене его оружием с А мотив убийства

судьи перепечатан в протокол допроса из опубликованной в сети «Интернет»

статьи, в которой сторонники шариата - члены «

взяли на себя ответственность за это преступление; защитником обращалось внимание суда на то, что человек, стрелявший в судью перезаряжал пистолет, хотя этого не требовалось, если бы действительно, как указывается судом, выстрелы производил он из автоматического пистолета конструкции Стечкина; на стадии предварительного следствия было нарушено его право на защиту, так как в вызове адвоката из коллегии адвокатов, возглавляемой его отцом, следователь ему отказал и навязал адвоката, который юридической помощи ему не оказывал; его вина в посягательстве на жизнь сотрудников ДПС К М Г С опровергается показаниями потерпевших, которые опознать нападавших не смогли, а также свидетелей А У заключениями экспертов № 10/1, 243, 358, протоколами осмотра от 7 февраля, 25 ноября, 4, 10 декабря 2013 г., 16, 22 января 2014 г в ходе предварительного следствия он оговорил себя, чтобы не ухудшить положения А полагая, что тот задержан, а когда узнал о смерти последнего, принял решение сказать правду; изложенные в протоколе его допроса показания недостоверны и противоречат показаниям потерпевших в части количества нападавших, момента начала стрельбы цвета автомашины, в которой находились сотрудники ДПС, обстоятельств сокрытия с места преступления и угона автомобиля; найденная спустя 11 месяцев после нападения в автомашине У8В флэш-карта была подброшена оперативными сотрудниками с целью искусственного создания доказательств, так как на самом деле фотографии были получены в ходе отдельных оперативно-розыскных мероприятий 25 ноября 2013 г., а также взяты с флэш-карты его телефона; его неосведомленность о совершенном угоне машины у М во взаимосвязи с показаниями потерпевшего С и отсутствием следов его пребывания в указанном автомобиле свидетельствует о том, что данных преступлений он не совершал; цели убийства сотрудников патрульно-постовой службы К и И он не имел, пытался избежать своего задержания, полагал, что его убьют, в связи с чем вынужденно применил принадлежащее ему оружие - пистолет «АПС» № при окружении его 31 мая 2013 г. производил из пистолета выстрелы, но не в сотрудников правоохранительных органов, тем более что те находились в укрытиях вне зоны его видимости; огнестрельное оружие при иных обстоятельствах изложенных в приговоре, им не применялось; назначенное судом наказание является чрезмерно суровым, поскольку у него имеются ранения обеих ног и руки, что привело к значительной утере функций конечностей, в связи с чем он является инвалидом и самостоятельно не передвигается;

адвокат Лабазандибиров М.Ш. в защиту интересов осужденного Гучучалиева СМ. просит отменить обвинительный приговор и направить уголовное дело на новое судебное разбирательство в Верховный Суд Республики Дагестан. Полагает, что выводы суда, изложенные в приговоре не соответствуют фактическим обстоятельствам дела; анализируя доказательства и приводя их в жалобе, ссылается на то, что в судебном заседании была опровергнута причастность Гучучалиева СМ. ко всем преступным событиям, кроме как имевшим место 24 и 31 мая 2013 г.; суд необъективно рассмотрел дело; не дал оценки тому, что в период инцидента с участием Д и сотрудников его охраны у Гучучалиева СМ отсутствовало какое-либо оружие, а обнаруженные в ходе осмотра различных мест происшествия гильзы не были стреляны из того пистолета который у него изъят при задержании; неверно оценил законность и результаты опознания Гучучалиева по фотографии свидетелем М и потерпевшим Ч не учел в своих выводах о виновности должным образом исследованные показания, данные потерпевшими, свидетелями, самим Гучучалиевым СМ., а также заключения экспертов; не опроверг доводы стороны защиты о совершении преступлений другими лицами, в частности О без участия в них Гучучалиева.

В дополнении к апелляционной жалобе адвокат Лабазандибиров М.Ш приводит те же доводы, что и осужденный, за исключением относящихся к вопросу о суровости наказания; указывает, наряду с прочим о том, что 1 из 26 гильз, изъятых с места производства выстрелов в Д не подвергалась исследованию на предмет использования ее в оружии сотрудника УФСИН О в протоколе допроса Гучучалиева СМ отсутствует упоминание о совершении им преступления в отношении П М и Ч ; сотрудниками суда А и Д не были подтверждены высказывания судьи М на которые указано в показаниях Гучучалиева СМ К Р. не мог видеться с осужденными М М иЛ и, следовательно, знать от них о подобном поведении судьи в судебном процессе над ними; в ходе просмотра видеозаписи Г А иГ не узнали в запечатленных на ней лицах Гучучалиева СМ.; в случае участия в посягательстве на жизнь судьи Гучучалиев СМ. не мог не знать о наличии у того охраны, однако он о таком обстоятельстве показаний не давал достоверность его показаний, изложенных в протоколе допроса,

опровергают отмеченные несоответствия с содержанием показаний

потерпевших и свидетелей.

В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель Шалимов Р.В. ссылается на несостоятельность изложенных в них доводов и считает приговор законным и обоснованным Проверив материалы дела и обсудив доводы, содержащиеся в жалобах осужденного и его защитника, возражениях на них, Судебная коллегия не усматривает таких нарушений уголовно-процессуального закона в ходе следствия и судебном рассмотрении дела, которые ставили бы под сомнение законность возбуждения, расследования дела, передачу его на стадию судопроизводства и в дальнейшем - саму процедуру судебного разбирательства.

Вопрос о передаче дела для рассмотрения в Ставропольский краевой суд был разрешен по установленным правилам и законность решения об изменении территориальной подсудности дела являлась предметом судебного контроля.

Постановленный судом приговор соответствует требованиям уголовно процессуального закона, предъявляемым к его содержанию. В нем отражены обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ проанализированы подтверждающие их доказательства, получившие надлежащую оценку с приведением ее мотивов, разрешены иные вопросы имеющие отношение к данному делу, из числа предусмотренных ст. 299 УПК РФ.

Описание деяний, признанных судом доказанными, содержит все необходимые сведения о месте, времени, способе их совершения, форме вины, целей и об иных данных, позволяющих судить о событиях преступлений, причастности к ним осужденного и его виновности, а также обстоятельствах, достаточных для правильной правовой оценки содеянного.

По каждому из преступлений, за которые Гучучалиев СМ. осужден суд подробно привел в приговоре содержание исследованных в судебном заседании показаний подсудимого, включая и те, в которых он признал свое участие в преступлениях, пояснял обстоятельства их совершения и изобличал своих подельников; содержание других доказательств, подтверждающих причастность осужденного к преступлениям и опровергающих его доводы в свою защиту.

По результатам состоявшегося рассмотрения дела суд, несмотря на занятую Гучучалиевым СМ. позицию по отношению к предъявленному обвинению, пришел к обоснованному выводу о его виновности в совершении преступлений, указанных в приговоре. Этот вывод подтверждается достаточной совокупностью допустимых и достоверных доказательств собранных на предварительном следствии, исследованных с участием сторон и подробно изложенных в приговоре.

Проанализировав и дав надлежащую оценку всем исследованным материалам дела, проверив доводы подсудимого о непричастности к ряду преступлений либо недоказанности отдельных обстоятельств преступлений о недопустимости некоторых из доказательств, в том числе доводы аналогичные указанным в апелляционных жалобах, суд мотивировал в приговоре, почему он принял те или иные доказательства в качестве допустимых, достоверных, а в своей совокупности - достаточных для разрешения дела, а с другой стороны, критически оценил и отверг аргументы и показания подсудимого в свою защиту либо показания свидетелей и документы, представленные для подтверждения выдвинутых версий о невиновности, наличии алиби.

Выводы суда о виновности Гучучалиева СМ. в преступлениях Судебная коллегия находит убедительными, основанными на всестороннем анализе и оценке исследованных доказательств по правилам ст. 88 УПК РФ считает невозможным согласиться с доводами авторов апелляционных жалоб о том, что эти выводы не соответствуют фактическим обстоятельствам дела приговор основан на предположениях и недопустимых доказательствах, а участие Гучучалиева СМ. в деятельности преступного сообщества руководстве подразделением « », состоящим в структуре преступной организации, и совершение в его составе им ряда тяжких и особо тяжких преступлений, вина в которых им не признана, не доказаны.

В приговоре приведены отвечающие требованиям ст.75 УПК РФ доказательства того, что с лета 2011 года Гучучалиев СМ. принимал активное участие, а с мая 2012 года по июнь 2013 года - осуществлял руководство одним из структурных подразделений, именуемым « », созданным в 2007 г. и действовавшим на территории Северного Кавказа многочисленным преступным сообществом в том числе на территории Республики под названием «»,

члены которого, руководствуясь мотивом необходимости ведения вооруженной борьбы против российской государственности на Северном Кавказе, местных органов власти и силовых структур, насильственного вывода указанного региона из состава России для создания на его территории нового исламского государства с шариатской формой правления а также получения финансовой и иной материальной выгоды, имели намерение осуществить поставленные цели посредством совершения ряда тяжких и особо тяжких преступлений, включая посягательства на жизнь сотрудников правоохранительных органов, нападения на организации и граждан и убийство последних.

На основе исследованных доказательств с достоверностью установлена структура указанного преступного сообщества, которое имело централизованное подчинение и состояло из объединения устойчивых организованных групп и иных незаконных вооруженных формирований различной численностью, получивших собственные наименования сформированных по этническому признаку преимущественно из жителей одного населенного пункта либо района, поддерживавших радикальные взгляды.

Согласно приговору, помимо Гучучалиева СМ., в состав преступного сообщества и его структурного подразделения которое в мае 2012 года возглавил осужденный, входило значительное число лиц, одни из которых уже осуждены, другие скрылись или были уничтожены во время вооруженных столкновений с правоохранительными органами и войсковыми подразделениями.

В приговоре суд указал цели существования преступного сообщества принципы, на основе которых оно строилось и функционировало, раскрыл, в чем выражалась сплоченность, организованность и устойчивость деятельности преступного сообщества и « » как его структурного подразделения, активным участником которого, а затем его руководителем являлся осужденный. Со ссылкой на доказательства суд объективно установил, что деятельность преступной организации отличала эффективность функционирования, наличие материальной базы и финансовых поступлений, в том числе от совершения преступлений иерархическая организационная структура, планирование преступлений с разделением ролей и обязанностей между их участниками, наличие лидеров осуществлявших командные функции внутри групп, беспрекословное подчинение рядовых членов их руководителям, отработанная система конспирации, поставленная на высокий уровень пропаганда радикальной исламской идеологии в ходе публичных выступлений на проповедях, путем распространения различной печатной продукции, аудио- и видеоматериалов содержащих воззвания к борьбе с «неверными». На вооружении участников преступного сообщества имелся значительный арсенал огнестрельного оружия, боеприпасов, взрывных устройств, используемый ими, включая Гучучалиева СМ., при совершении преступлений.

Выводы суда о деятельности преступного сообщества и Гучучалиева СМ. в его составе вначале как активного участника, а затем в качестве руководителя структурного подразделения, именуемого «»,

обоснованы судом доказательствами, не вызывающими сомнений в своей достоверности, в частности:

- показаниями свидетеля И сообщившего об известных ему фактах преступной деятельности « », по его утверждениям, воинственной группы в составе организации «»,

ведущей вооруженную борьбу в целях создания исламского государства, в котором бы действовали нормы шариата, и о своем вхождении в преступное формирование;

- показаниями свидетеля Б об обстоятельствах своей и других соучастников, среди которых Гучучалиев СМ., деятельности и ее целях в составе преступного вооруженного формирования и непосредственно в группе, называемой ими « », созданной на территории г.

действовавшей под руководством З ;

- показаниями свидетеля И о существовании преступной организации и его приеме в одно из его подразделений;

- показаниями свидетеля К о связи Гучучалиева и являвшегося «амиром» З уничтоженного в марте 2012 года в связи с отказом от добровольной сдачи властям;

- показаниями свидетеля Г не отрицавшего в ходе следствия, по существу, причастности его сына Гучучалиева СМ. к деятельности незаконного вооруженного формирования и пояснявшего о роли в этом З

- показаниями свидетеля М по поводу существования преступного сообщества и состоявшегося в августе 2012 года над ним (М ) «шариатского суда», в котором участвовал вооруженный Гучучалиев СМ., известный ему как член представленный в качестве «амира» » (т.е. г. );

- показаниями свидетеля Ш о перевозках им на своей автомашине раненого А и вооруженного Гучучалиева СМ.;

- протоколом осмотра находившейся в распоряжении членов преступного сообщества автомашины , в салоне которой была обнаружена флэш-карта с файлами, содержащими фото и видеоматериалы с изображением вооруженного Гучучулаева СМ., в том числе совместно с другими участниками преступного сообщества, а также съемку заседания «шариатского суда», проведенного членами указанного сообщества, с участием в нем Гучучалиева СМ.;

- флэш -карта, изъятая в строящемся доме, где был обнаружен труп М в памяти которой сохранены фотографии З М И М и других лиц, являющихся по версии следственных органов, членами преступного сообщества вооруженных различными видами огнестрельного оружия;

- содержанием файлов на флэш-картах с информацией экстремистского характера;

- протоколами опознания Б известных ему членов преступного сообщества, в том числе Гучучалиева, которыми руководил З ликвидированный, как известно из материалов дела, в ходе контртеррористической операции;

- показаниями свидетелей З , О А А М Г об опознании ими на представленных видеоматериалах своих родственников и знакомых, в частности З О М А К Д

- материалами оперативно-розыскных мероприятий, в которых содержатся данные о наличии в распоряжении правоохранительных органов информации о Гучучалиеве СМ. как активном участнике преступного сообщества, который с мая 2012 года принял на себя руководство его структурным подразделением « » после устранения его лидеров З а затем М

- протоколами осмотра мест совершения членами преступного сообщества преступлений, в которых содержатся сведения свидетельствующие об использовании в процессе нападения членами преступного сообщества оружия;

- заключениями экспертов, исследовавших обнаруженные в ходе осмотров оружие боеприпасы, их составляющие, а также, установивших образование у потерпевших телесных повреждений как следствие применения оружия;

- копиями приговоров суда, которыми установлена вина лиц признанных судом, соучаствовавшими с Гучучалиевым СМ. в деятельности преступной организации.

Показания этих и других указанных в приговоре свидетелей, данные в судебном заседании и в ходе предварительного следствия, а также Гучучалиева СМ. судом были тщательно проанализированы и проверены путем сопоставления с другими доказательствами и в совокупности с ними обоснованно признаны достоверными в той части, где согласуются между собою и с другими данными, содержащимися в протоколах следственных действий, заключениями экспертов и иными письменными материалами дела.

С учетом совокупности приведенных выше доказательств у суда не имелось оснований усомниться в причастности Гучучалиева СМ. как к тем преступлениям, о которых он давал признательные показания, так и к преступлениям, вину в которых он отрицал; на основе исследованных доказательств изобличить его в деятельности в составе преступного сообщества, установить его роль как активного участника этой преступной организации, а затем руководителя одного из структурных подразделений - « ».

Показания Гучучалиева СМ. подробно приведены в приговоре и тщательно проанализированы. Позиция Гучучалиева СМ. в судебном заседании о своей невиновности опровергнута судом со ссылкой на конкретные доказательства и факты.

Показаниям свидетеля М в судебном заседании, в которых он отрицал сообщение им при допросе следователю о руководстве Гучучалиевым СМ. « », судом дана надлежащая оценка.

Не опровергают выводов суда о том, что Гучучалиев СМ. руководил преступным подразделением, показания сотрудников МВД под псевдонимами И ,И , , в которых они называют Гучучалиева членом действующей на территории г. группы, не упоминая о нем как ее лидере, поскольку последние сообщали об обстоятельствах своего участия в задержании Гучучалиева СМ., а не его роли в деятельности указанного преступного формирования.

Нельзя признать таким доказательством исследованные судом, но не приведенные в приговоре показания свидетеля С о поступившем ему весной 2012 года от Д предложении о вступлении в их банду, где, со слов Д главным являлся К так как иного подтверждения руководящей роли К.

по делу не имеется, тогда как роль Гучучалиева в руководстве структурным подразделением преступного сообщества установлена на основе совокупности доказательств, включающей, наряду с показаниями свидетеля М видеоматериалы и результаты оперативно розыскной деятельности. К тому же ставшие С известными от Д сведения относятся к неопределенному периоду весны 2012 года, тогда как точное время в данном случае имеет существенное значение для установления обстоятельств дела, поскольку согласно предъявленному Гучучалиеву обвинению он возглавил «»

не ранее мая 2012 года, после того как были ликвидированы З а затем М

Доводы осужденного о том, что производство выстрелов в Д.

и сопровождавших его лиц явилось следствием выяснения отношений по поводу ДТП, опровергаются показаниями потерпевшего Д об умышленно спровоцированной нападавшими лицами дорожно транспортной ситуации, в ходе которой после выхода его из бронированного автомобиля и последовавшего от нападавших вопроса «Это ваш начальник по нему была открыта стрельба, произведены взрывы, которые в полной мере согласуются с показаниями потерпевших М Р М М К О об аналогичных обстоятельствах дела и производстве выстрелов в Д

и в них во время сопровождения ими последнего нападавшими следовавшими в качестве пассажиров в автомашине « », а также по утверждению М Р М О.,

ее водителем, которым являлся Гучучалиев СМ., что следует из протоколов опознания с участием М М и К Совокупность показаний потерпевших не противоречит результатам осмотра места происшествия об обнаружении следов производства выстрелов и взрыва гранат, а также автомашины использованной Гучучалиевым СМ. и его соучастниками в ходе совершения преступления.

Обнаружение на месте происшествия следов крови, образовавшихся от М свидетельствует о правдивости Гучучалиева СМ относительно своих соучастников.

Факт целенаправленной стрельбы по Д подтверждается как показаниями самого потерпевшего относительно момента начала стрельбы и получения им ранения, что установлено заключением судебно-медицинского эксперта, так и показаниями потерпевшего М который был также ранен, оказавшись на линии огня перед Д

Оценены судом и обоснованно признаны неубедительными показания Гучучалиева СМ. по поводу случайности перевозки им лиц, участвовавших в посягательстве и того, что ему были неизвестны сведения об их принадлежности к незаконному преступному формированию.

Судебная коллегия находит данные выводы суда правильными учитывая обстоятельства дела, при которых Гучучалиев СМ. и его соучастники оказались в одной машине, сообща действовали во время преступного посягательства и совместно скрывались с места происшествия после чего Гучучалиев СМ. перешел на «нелегальное» положение продолжая поддерживать преступные отношения с указанными лицами участвуя в совершении иных запланированных преступлений, в частности с М следы крови которого были обнаружены на месте происшествия в связи с полученным тем ранением в ходе произошедшего нападения.

В пользу указанных выводов свидетельствует содержание файлов на флэш-карте, принадлежавшей Гучучалиеву СМ., где, помимо фото и видеоматериалов личного характера, имеются изображения участников данного нападения, в ряде случаев с оружием в руках, З М О а также А К Д.,

совершивших совместно с Гучучалиевым СМ. иные посягательства на сотрудников правоохранительных органов и судью, а также угон транспортных средств.

Судом приведены мотивы, в силу которых им признаны не ставящими под сомнение установленные и изложенные в приговоре обстоятельства нападения на Д и других сотрудников УФСИН, показания свидетелей Б .иГ

Доводы о том, что суд установил производство Гучучалиевым СМ выстрелов в Д и следовавших с ним сотрудников УФСИН из пистолетов, обнаруженных в дальнейшем у О иМ не соответствуют содержанию приговора, из которого следует, что пистолеты конструкции «АПС» Стечкина № и действительно имелись на вооружении членов преступного сообщества участвовавших в нападении, и они, наряду с иным неустановленным оружием калибра 9 мм, использовались в ходе осуществления посягательства на жизнь Д и находившихся с ним лиц. При этом в приговоре не указывается, какое именно из этого оружия на момент совершения посягательства находилось в распоряжении Гучучалиева СМ.

Содержание приводимых Гучучалиевым СМ. показаний И

об осведомленности последнего о производстве выстрелов только М и О противоречит протоколу допроса И в котором отсутствуют столь категоричные утверждения по поводу данных обстоятельств дела, а также протоколу судебного заседания, из которого следует, что на вопрос о роли Гучучалиева СМ. в перестрелке И пояснял, что об этом ему никто не рассказывал и о ней ему ничего неизвестно.

Бесспорна доказанность событий преступлений, связанных с посягательством на жизнь сотрудников МВД России по Республике П и М в ходе чего была также убита потерпевшая Ч и ранен Ч

Каждый из допрошенных лиц, ставших очевидцами совершенных преступлений, в частности потерпевшие М Ч а также, со слов последних, потерпевший Т , свидетели А М И Г., А Э последовательно давал показания об участии в нападении двоих лиц вооруженных огнестрельным оружием, что не противоречит заключению эксперта о том, что изъятые с места происшествия гильзы стреляны из разных экземпляров оружия.

Эти показания объективно подтверждаются показаниями свидетеля М которая, оказавшись во время преступления вблизи места его совершения, видела двоих скрывавшихся оттуда парней, которые торопясь, прятали находившиеся при них пистолеты в свою одежду, причем свидетель подробно описывала запомнившиеся ей как внешние данные и одежду этих лиц, так и их оружие.

Показания потерпевших и свидетелей оценены судом в совокупности с содержанием видеозаписи с камер наблюдения, установленных на доме К , зафиксировавшей следование двоих лиц, в которых свидетелем М были узнаны вооруженные парни, встретившиеся ей после прозвучавших чуть ранее выстрелов.

Убедительны и не вызывают сомнений в своей достоверности по основаниям, указанным в приговоре, результаты состоявшегося опознания Гучучалиева С М . потерпевшим Ч и свидетелем М,

а также последней - М

Доводы осужденного о том, что М свидетельствовала о лицах, которые вели разговор на узбекском языке и один из них курил, что для него нехарактерно, противоречит показаниям названного свидетеля. Так из изложенных в протоколе допроса показаний свидетеля М следует, что в них она сообщала о слышанном ею обращении одного из вооруженных парней ко второму на русском языке, приводила содержание самой фразы, понятной для нее и упоминала лишь о незначительном акценте похожем, по ее мнению, на узбекский.

Не установлено судом в показаниях свидетеля М иных противоречивых сведений по поводу внешнего вида и поведения нападавших, которые ставили бы под сомнение достоверность их опознания ею.

В приговоре суд изложил верные суждения о причине, по которой доказательством невиновности Гучучалиева С М . не мог являться факт невозможности опознания нападавших потерпевшим М

Так, из показаний потерпевшего М следует, что, излагая обстоятельства нападения, последний не заявлял о возможности опознания им лиц, участвовавших в этом, поскольку не смог четко разглядеть их лица что, по существу, исключало возможность производства опознания с его участием. Между тем изначально и последовательно в своих показаниях Му сообщал органам следствия о тех лицах, которые были очевидцами преступления - потерпевшем Ч и незнакомой девочке, установленной как свидетель М которая шла навстречу скрывавшимся преступникам. Он же, М смог высказаться о том, что судя по одежде и телосложению запечатленные на кадрах видеозаписи с камер наружного наблюдения лица похожи на нападавших, что не находится в противоречии с результатами их опознания Ч иМ а потому рассматривается в совокупности с ними.

Невозможность опознания нападавших М не ставит под сомнение истинность его показаний о виденных у них пистолетах конструкции Стечкина, поскольку в силу своей профессиональной деятельности он способен судить о виде оружия.

Показания свидетеля И о виденных им у М и О пистолетах конструкции Стечкина не свидетельствуют вопреки доводам адвоката Лабазиндибирова М.Ш., о том, что соучастником М при посягательстве на жизнь М П

был О а не Гучучалиев СМ., и не опровергают факт наличия оружия у самого Гучучалиева СМ. с учетом того, что наряду с пистолетом конструкции «АПС» Стечкина № изъятым позже у М , в ходе нападения использовался также пистолет калибра 9 мм который не был обнаружен при расследовании дела. Кроме того, свидетель сообщал о том, что видел пистолеты у О иМ в ночь с 3 на 4 мая 2012 г., то есть время, безотносительное к дате совершения данного преступления.

В связи с невозможностью предъявления для опознания самого Гучучалиева СМ., который к тому времени не был задержан, следователь правильно предъявил для опознания потерпевшему Ч и свидетелю М его фотографию, не усмотрев необходимости и законных оснований в повторении данного следственного действия после задержания Гучучалиева СМ., спустя год после преступления. Признание своей вины Гучучалиевым СМ. и изложение им тех же обстоятельств, что и М исключало необходимость производства с ней очной ставки. Кроме того, вопрос о необходимости тех либо иных следственных действий относится к исключительной компетенции следователя. Суд исследовав представленные доказательства, счел их достаточными для установления вины Гучучалиева СМ.

Те признаки, которые имелись в изображении Гучучалиева СМ. на фотографии, являлись достаточными для Ч и М,

чтобы узнать по ним его как одного из нападавших.

Оснований для оговора Гучучалиева СМ. у Ч и М судом первой инстанции, как и Судебной коллегией, не установлено. Гучучалиев СМ. никогда им ранее не был известен и к моменту производства опознания, как видно из дела, органы следствия другими доказательствами, которые следовало бы подтвердить путем опознания Гучучалиева СМ. потерпевшим и свидетелем, не располагали.

Отсутствие признательных показаний Гучучалиева СМ. по поводу своего участия в нападении на П и М в противовес доводам стороны защиты, лишь убедительно подтверждает факт формирования Гучучалиевым СМ. своих показаний в зависимости от собственного волеизъявления, поскольку в такой его позиции, то есть отрицании своей вины, органы следствия явно заинтересованы быть не могли.

Доказательств наличия у осужденного на момент совершения данного преступления алиби суду представлено не было и показания Гучучалиева СМ. в судебном заседании в данной части носили характер голословных утверждений, которые было невозможно проверить.

Тщательно проанализированы судом и отвергнуты как несостоятельные доводы стороны защиты о причастности к посягательству на жизнь сотрудников МВД России иного лица, у которого был обнаружен в дальнейшем пистолет «АПС» № использованный в ходе нападения Личность Гучучалиева С М . и его соучастника в преступлении, как и наличие при каждом из них огнестрельного оружия, объективно подтверждена совокупностью доказательств. Препятствий для использования осужденным и его сообщником в преступных целях данного пистолета судом не установлено. Материалы дела свидетельствуют, что пистолет находился на вооружении не посторонних лиц, а членов преступного сообщества состоявших в тесной связи друг с другом и практикующих, как следует из показаний Гучучалиева С М . на стадии следствия, обмен оружием. К тому же пистолет указанной конструкции и с установленным номером не являлся единственным оружием, которым располагали члены преступной организации, и по заключению эксперта выстрелы в потерпевших П и М и Ч были произведены не только из него, но и оружия, не обнаруженного в ходе следствия.

Признавая достоверность показаний Гучучалиева СМ., которые были даны им на стадии предварительного следствия, по поводу участия его и членов преступного сообщества в убийстве судьи Верховного Суда Республики М суд обоснованно сослался на то, что они подробны, последовательны, логичны и объективно подтверждаются иными доказательствами, исследованными в суде, содержат детали которые не важны в целом для установления обстоятельств дела, но являются значимыми для убеждения суда в правдивости Гучучалиева СМ относительно сообщаемых обстоятельств.

Совокупность этих доказательств, оцененных в соответствии со ст.88 УПК РФ, позволила суду установить на их основе не только причастность Гучучалиева С М . к убийству М но и его роль в организации и подготовке преступления, мотивы содеянного, степень участия в реализации преступного умысла и иные обстоятельства, подлежащие доказыванию согласно ст.73 УПК РФ.

Так, из показаний Гучучалиева СМ. следует, что, узнав от отбывавшего наказание К о судье как о негативном человеке который был неверующим, «глумился», по мнению К над религией и заслуживал смерти, им, К иД было принято решение его убить, в целях чего, выяснив необходимую для совершения преступления информацию и вооружившись, втроем они прибыли к его дому, где Д умышленно поцарапал стоявшую у дома машину, вызвал под указанным предлогом судью со двора, а когда тот вышел и хотел разобраться в случившемся, он (Гучучалиев СМ.) с близкого расстояния произвел ему 2-3 выстрела в голову, а после падения - еще в грудь; Д пытался нащупать в одежде судьи оружие, а К.

удерживал женщину, затолкав ее во двор.

Данные Гучучалиевым СМ. показания в полной мере согласуются с иными приведенными в приговоре доказательствами, каковыми, в частности являются:

- показания свидетеля К о том, что его сын К действительно отбывал наказание в местах лишения свободы, поддерживал отношения с ранее судимым Д позже прервал связь с семьей и, насколько ему (К известно от А «ушел на джихад», то есть на священную войну против неверных;

- показания свидетеля А о том, что в результате поиска ею совместно с Д С своих сыновей - К .иД.

от знакомых последних им стало известно, что те «ушли в лес»;

- показания свидетеля Д об утрате с сентября 2012 года связи со своим сыном Д ;

показания свидетелей Г М М М С, А Р У о наличии угроз расправы со стороны боевиков в адрес судьи М в связи с его профессиональной деятельностью, что послужило поводом для принятия мер по его охране;

- показания свидетелей Д Г Т А в которых они поясняли, что слышали в период, в относящийся к событию преступления, хлопки (по утверждению Г

в количестве 5-6), похожие на взрывы петард либо звуки от выстрелов после чего им стало известно о совершении убийства проживавшего по соседству потерпевшего;

- показания свидетелей Н и о виденных ими незадолго до убийства поблизости с домом потерпевшего троих молодых парней, у которых с собою имелся рюкзак и одному из которых, узнанному по утверждению Н А., на видеозаписи, он дал сигарету « »;

- показания потерпевшей М и с ее слов потерпевшего М относительно обстоятельств убийства М ее (М мужа и его (М отца, который откликнувшись на обращение к нему неизвестного лица о повреждении стоявшей у дома его автомашины якобы проезжавшим мимо такси, вышел со двора и был убит из оружия, участие в чем, судя по доносившимся с улицы шагам, приняло несколько человек, один из которых, ударил ее (М чтобы она не вышла из калитки;

- заключение судебно-медицинского эксперта, которым установлено наступление смерти М в результате причинения огнестрельных пулевых ранений головы и грудной клетки;

- протокол осмотра места происшествия, содержащий сведения об обнаружении на месте убийства М 5 гильз и предмета похожего на пулю, окурков сигарет и гвоздя;

- выводы экспертизы, согласно которым на автомашине потерпевшего выявлены повреждения, образованные от воздействия предмета, каковым мог являться найденный на месте происшествия гвоздь;

- заключение эксперта о вероятном родстве лица, генетические признаки которого выявлены на окурке сигареты « », с Д

;

- протоколы осмотра видеозаписей с камер наблюдения с заключением эксперта об идентификации лиц, осуществлявших передвижение 11 января 2013 г. в районе д. и д. по ул. в г. , а также находившихся 15 января 2013 г. у дома М и совершивших его убийство.

Показания потерпевшей М свидетеля Н,

оцененные в свете содержания просмотренной видеозаписи совершенного убийства, а также само содержание видеозаписей продемонстрированных в суде с приведением в приговоре их содержания показания К А Д узнавших на видеосъемке с уверенностью либо с высокой степенью вероятности среди участников нападения К иД в совокупности с протоколами следственных действий и заключениями экспертов убедительно свидетельствуют об обстоятельствах убийства потерпевшего, количестве нападавших и в их составе лиц, изобличаемых Гучучалиевым СМ. в своих показаниях.

Данным в ходе расследования дела показаниям Гучучалиева СМ соответствует установленный заключением судебно-медицинского эксперта характер обнаруженных у М телесных повреждений в виде огнестрельных ранений и их локализация в области головы и грудной клетки Согласуется в полной мере с действиями на месте преступления, указанными Гучучалиевым СМ., результаты осмотра автомашины потерпевшего подтверждающие наличие на ней повреждений от воздействия гвоздя.

То, что на просмотренной видеозаписи с места убийства М

Г А и Г не узнали в лице производившем в потерпевшего выстрелы, их родственника Гучучалиева СМ., не означает, что это был не он, поскольку его личность установлена на основе совокупности иных доказательств, включая показания незаинтересованных лиц, а также показания самого Гучучалиева СМ.

Ставшие Гучучалиеву СМ. известными от К обстоятельства профессиональной деятельности судьи и высказывания последнего, воспринятые как повод для физической расправы над ним аналогичны по существу, тем, которые приводятся в ответе на поручение оперативных органов со ссылкой на мониторинг сайтов сети «Интернет» об имевших место публикациях высказываний в ходе судебного процесса судьи М по поводу религии, проповедуемой осуждаемыми им лицами. Оперативными сведениями подтверждено также размещение на указанных сайтах информации о том, что ответственность за совершение убийства судьи М взяли на себя члены сторонники шариата - « », действующего на территории г.

Сотрудники суда свидетели Д и А на чьи показания ссылается защитник, не подтвердив, что слышали какие-либо высказывания судьи, не опровергли тем самым факт, что поводом для посягательства на жизнь судьи явилась его профессиональная деятельность о чем можно утверждать на основании всей совокупности доказательств по делу, тем более что у лиц, спланировавших и совершивших указанное преступление, среди которых Гучучалиев СМ., имелась убежденность в подобном мнении судьи.

Факт отправления судьей М правосудия над М М и Л подтвержден копиями постановленных приговоров.

Приводимые адвокатом Лабазандибировым М.Ш. доводы о невозможности личного общения К с названными осужденными не влияют на доказанность того, что самим К такие обстоятельства Гучучалиеву СМ. сообщались, при этом не имеет значения насколько был правдив сам К утверждая о своей осведомленности о высказываниях судьи М лично со слов осужденных М М иЛ

Суд, вопреки доводам адвоката, обоснованно не усомнился в достоверности показаний Гучучалиева СМ. о причастности к убийству судьи, несмотря на то, что при допросе им не упоминалось данных о существовании у судьи личной охраны, поскольку указанная информация не относилась к общеизвестной, и сведений о том, что передвижение М в период, относящийся к подготовке его убийства и во время прибытия его к дому, осуществлялось в сопровождении сотрудников указанной службы, по делу не имеется. Не установлено также присутствие указанных лиц на месте преступного посягательства, равно как и в целом их роль в обеспечении безопасности М

Установленный судом мотив посягательства на жизнь судьи свидетельствует о том, что в сложившейся ситуации не имел значения тот факт, что Гучучалиев СМ. лично не был знаком с потерпевшим, а отец осужденного, являясь адвокатом, возможно, того знал.

Не усматривается каких-либо противоречий в показаниях Гучучалиева СМ. относительно маршрута следования его и соучастников, а также обстоятельств захвата ими по ходу своего движения транспортных средств под управлением И иМ 11 января 2013 г., когда преступное посягательство на жизнь М не состоялось по независящим от воли виновных причинам, то есть вследствие отсутствия потерпевшего дома.

Показания И о том, что его автомашина была захвачена тремя неизвестными парнями, один из которых, севший на заднее пассажирское сидение, схватил его и стал держать руками за шею, а второй - за руку, однако ему удалось вырваться, выбежать из салона и выбросить на улице ключи, которые те подобрали и уехали на машине впоследствии бросив ее, а также показания потерпевшего М о насильственном завладении его автомашиной « » в ходе чего после проследования в тупик один из троих нападавших, приставив ему к голове пистолет, заставил пересесть его на заднее сидение, а при оказании им сопротивления во время связывания ранил его в ногу, подтверждаются заявлением И в правоохранительные органы, показаниями свидетелей М А К о поступлении сообщений об этих преступлениях в дежурную часть полиции и розыска автомашин, заключением судебно-медицинского эксперта о причиненном М огнестрельном ранении левого бедра, повлекшем вред здоровью средней тяжести, а также обнаружением в ходе осмотра автомашины М стреляной гильзы.

Приведенные в приговоре в данной части доказательства не противоречат показаниям Гучучалиева СМ., который, рассказывая о намерениях убийства судьи, признавал, что для следования к дому последнего ими использовалась автомашина « », водитель которой поднял шум и убежал, а затем такси - автомобиль водитель которого после демонстрации ему пистолета «АПС» действовал по их указанию, а когда стал оказывать сопротивление, был ранен в ногу находился с ними в машине во время ожидания судьи и был отпущен только после того, как не дождались выхода судьи из дома и перенесли совершение убийства последнего на другой день.

Как видно из показаний М ., об этих же целях нападавших ему стало известно из разговора нападавших, представившихся «муджаидами», которые не скрывали, что они приехали к месту, где хотят убить какого-то человека, сделавшего, по их утверждению, много плохих дел, и заслуживающего наказания, но которого они в итоге так и не дождались. Эти же обстоятельства дела со слов М сообщила свидетель М

Показания М об имевшемся у одного из нападавших пистолете и выводы экспертов относительно вида боеприпасов и вида оружия, использованного при производстве выстрелов в М и М не содержат каких-либо противоречий с показаниями Гучучалиева СМ. о том, что таковым являлся пистолет конструкции Стечкина с патронами к «ПМ», данными им кем-то в с. .

Так из актов целого ряда экспертиз следует, что обнаруженные на месте происшествия, а именно в машине М и у дома М гильзы являются частями патронов калибра 9x18 мм которые могли быть стреляны из пистолета Стечкина (АПС). Данное обстоятельство не опровергает имеющееся в деле заключение эксперта о возможности использования такого рода патронов в пистолетах иной конструкции, в том числе Макарова (ПМ), поскольку изложенные выводы экспертов не носят взаимоисключающий характер, а напротив - уточняют и дополняют друг друга.

Доводы адвоката о том, что обстоятельства производства выстрелов в М зафиксированные на съемке, исключают использование автоматического оружия, тогда как, по версии следствия, Гучучалиев СМ стрелял в потерпевшего из автоматического пистолета Стечкина, отвергнуты с приведением доказательств, которые убедили суд в правильности установленных следствием обстоятельств дела.

В ходе просмотра видеозаписей, произведенных 11 января 2013 г когда имели место угоны автомашин потерпевших, и 15 января 2013 г., где заснят момент убийства потерпевшего М как И.,

так и М подтвердили наличие изображения одних и тех же лиц, что соответствует результатам соответствующего экспертного исследования.

С учетом показаний потерпевших И иМ и состоявшегося с их участием просмотра видеозаписей, в ходе чего М указывал, что в него и М стрелял один и тот же человек, показаний Гучучалиева СМ., который в стадии следствия признавал, что выстрелы в М производил именно он заключения экспертов об использовании для производства выстрелов в М иМ одного и того же экземпляра оружия каковым мог быть пистолет указанной Гучучалиевым СМ. модификации «АПС» Стечкина, суд имел веские основания признать противоречащими всей совокупности доказательств и отвергнуть в качестве доказательства невиновности результаты опознания И иМ иного лица, как совершившего действия, к которым фактически причастен Гучучалиев СМ.

Приговор содержит не только убедительные выводы суда в данной части, но и подробное изложение мотивов принятого решения, в том числе со ссылкой на пояснения самого М по этому поводу, а также последующее опознание им Гучучалиева СМ., в ходе которого Гучучалиев СМ. в присутствии своего защитника Мудунова К.М. признал участие в завладении машиной М

При оценке достоверности результатов этого опознания суд правильно учел факт подтверждения М оставления ему нападавшими лицами 10 тысяч рублей на лечение, то есть обстоятельства, о котором в ходе этого следственного действия стало известно от самого Гучучалиева СМ. Об обнаружении указанной суммы в машине потерпевшего М следует также из показаний свидетеля М

Причины, по которым М изначально не было сообщено органам следствия об оставлении ему нападавшими денег, убедительны и заслуживают внимания, не умаляют достоверность данных им показаний относительно иных обстоятельств дела.

Таким образом, сообщенные Гучучалиевым СМ. обстоятельства относящиеся к событиям преступлений, связанным с угоном транспортных средств и лишением жизни М причастности к ним Гучучалиева СМ. и названных им соучастников, нашли свое надлежащее подтверждение. С учетом роли осужденного суд правильно указал в приговоре на то, что он, являясь руководителем структурного подразделения « » преступного сообщества действуя в целях указанной преступной организации и совместно с двумя его другими сообщниками, совершил посягательство на жизнь судьи М Приведенные в приговоре доказательства не вызывают сомнений у Судебной коллегии в обоснованности осуждения Гучучалиева за преступления в отношении И М и М

Собранные по делу и исследованные доказательства, получившие в приговоре надлежащую оценку дали суду основания для объективного вывода о виновности Гучучалиева СМ. в посягательстве на жизнь инспекторов ДПС ОБДПС ГИБДД МВД по Республике К,

М иС 6-7 февраля 2013 г., когда он и трое других членов преступного сообщества, имея в автомашине различное огнестрельное оружие, боеприпасы и самодельное взрывное устройство, не подчинились законным требованиям названных сотрудников об остановке и будучи заблокированными на участке местности, приняли решение об их убийстве. Действуя согласно распределению ролей, произвели из огнестрельного оружия - двух автоматов Калашникова и двух пистолетов Стечкина - в них прицельные выстрелы, причинив тем самым потерпевшим телесные повреждения различной степени тяжести, после чего скрылись с места происшествия, угон автомашины М с применением к последнему угрозы применения насилия.

Признавая соответствующими действительности показания Гучучалиева СМ. при расследовании дела о том, что, уходя от преследования сотрудников ДПС, он из пистолета Стечкина использованного им в ходе убийства судьи, а также трое его знакомых вооруженных автоматом Калашникова и пистолетом Стечкина, открыли огонь по указанным сотрудникам, после чего бросили свой автомобиль

и втроем, без убежавшего от них в сторону С (.),

скрылись на автомашине « », отобрав ее у водителя, суд учитывал, что эти показания подтверждены совокупностью иных доказательств, достаточных для выводов о виновности осужденного и опровергающих выдвинутую им в судебном заседании версию о непричастности.

В качестве таких доказательств суд правильно учитывал:

- показания потерпевших К М иС

об обстоятельствах преследования ими автомашины с подозрительными лицами, которые после погони, оказавшись в тупике, стали по ним стрелять из нескольких единиц оружия, в том числе из пистолета Стечкина и автомата, произвели взрыв, причинили двоим из них, С иК огнестрельные ранения, убежали, оставив машину;

- показания свидетелей Б Р , М о своей осведомленности о совершенном вооруженном нападении на сотрудников ДПС несколькими лицами, которые находились в оставленной на месте происшествия автомашине , а затем об угоне ими же машины принадлежавшей М

- показания свидетеля о произошедшей возле ее дома перестрелке с участием сотрудников полиции и об обнаружении ею там утром гильз;

- показания потерпевшего М о совершенном угоне принадлежавшей ему автомашины « » неизвестными лицами имевшими при себе автомат, а также пистолет системы «АПС», угрожая которым его заставили выйти из машины;

- показания свидетелей М С, А иЮ,

которые узнали от М о завладении его машиной вооруженными людьми;

- заключения судебно-медицинских экспертов, на основании которых установлено причинение С иК огнестрельных ранений, а М - ушиба и ссадин колена при изложенных ими обстоятельствах, которые повлекли за собою вред здоровью, в том числе тяжкий;

- протоколы осмотра, из которых усматривается, что на месте происшествия и в автомашине были обнаружены радиостанции маска, различные предметы одежды, в кармане куртки - пропуск на имя А сотовые телефоны, несколько зарядных магазинов от автоматов, патроны, автомат Калашникова, фрагменты самодельного взрывного устройства, компоненты к нему, детонатор, гильзы, под задним сидением ШВ-флэш-накопитель;

- показания А не отрицавшего, что обнаруженную в автомашине куртку носили он и его сын А а находившийся в ее кармане пропуск был получен им (А)

при посещении миграционной службы;

- содержание смс-сообщения, которое поступило на мобильный телефон А где идет речь о том, что его сын стал шахидом на пути джихада;

- показания свидетеля Н о том, что ему известно, что его дальний родственник А «ушел в лес»;

- заключение эксперта, которым установлено, что на предметах одежды хранившейся в одном из рюкзаков, обнаруженных в машине, выявлены эпителиальные клетки, которые произошли от А

- заключение эксперта, свидетельствующее, что обнаруженные на месте данного происшествия гильзы, могли быть стреляны из автоматов Калашникова (АКМ) и их модификаций калибра 7,62 мм и 5,45 мм, из ствола самодельного или переделанного оружия калибра 9 мм, а также из пистолета Стечкина (АПС), являвшегося тем же оружием, которое применялось при посягательстве на жизнь судьи М и угоне автомашины М

Доводы Гучучалиева СМ. о том, что он оговорил себя в ходе следствия чтобы таким образом облегчить участь А считавшегося им на тот момент задержанным, противоречат содержанию его показаний, в которых он признавал не только свою роль в нападении на сотрудников ДПС, но и не отрицал нахождение среди нападавших А и других известных ему лиц, что указывает на несостоятельность изложенных им доводов.

Установленные судом обстоятельства совершенного посягательства, а именно в темное время суток, лицами, которых сотрудники ДПС не могли видеть из-за нахождения в салоне машины, открывшими огонь на поражение в результате чего потерпевшие практически сразу получили ранения убедительно объясняют причины невозможности опознания ими виновных лиц и даже сообщения однозначных сведений о количестве нападавших.

Утверждения Гучучалиева СМ. о том, что С иМ.

давали показания о нахождении в машине троих нападавших, не соответствуют содержанию данных ими фактически показаний, в которых они с уверенностью поясняли об участии нескольких лиц и высказывали лишь свои предположения о возможной их численности.

Показания Гучучалиева СМ. о цвете служебной автомашины сотрудников ДПС как серебристом, который, согласно протоколу осмотра является фактически белым, касаются характеристики, которая обусловлена во многом индивидуальными особенностями восприятия цвета, а также ситуацией, при которой он был видим. Потому неубедительны ссылки Гучучалиева СМ. на несоответствие его показаний о цвете машины как свидетельстве отсутствия его на месте преступления, тем более если учесть что в показаниях, данных суду, он также признавал, что видел автомашину сотрудников ДПС, преследовавшую , утверждая, в отличие от занятой ранее позиции по поводу предъявленного обвинения, о том, что лишь следил за погоней со стороны.

На доказанность вины Гучучалиева СМ. не влияет отсутствие в машинах, где находились нападавшие, отпечатков его пальцев рук и следов биологического происхождения, поскольку их образование зависимо от ряда условий. Равно не опровергает участие Гучучалиева СМ. в совершении преступления обнаружение в машине лишь трех рюкзаков с одеждой.

Результаты осмотра автомашины подтверждают показания Гучучалиева СМ. об оставлении в ней боеприпасов и самодельного взрывного устройства.

Соответствуют исследованным доказательствам изложенные Гучучалиевым СМ. обстоятельства угона автомашины М как в целом относительно самого события, места завладения машиной, ее модели, осуществленных в адрес ее владельца угроз, так и сопутствующих обстоятельств, в том числе начатого маршрута движения - в сторону пр.

- и последующего оставления автомобиля. При этом показания осужденного не содержат таких подробностей, которые могли расцениваться судом в подтверждение его доводов о том, что изложенные им обстоятельства дела являются вымыслом следователя и оперативных сотрудников.

Показания потерпевшего М о том, в процессе угона его машины нападавшие угрожали ему как пистолетом системы «АПС», так и автоматом, не опровергают участия Гучучалиева СМ. в совершении данного преступления, несмотря на то, что тот пояснял лишь о действиях своего соучастника, который подошел к водителю с автоматом.

Показания свидетелей А и Ю об известных им со слов М обстоятельствах угона принадлежавшей ему машины вооруженными лицами оценены в совокупности с другими на этот счет доказательствами и им не противоречат а, напротив, в полной мере согласуются.

В основу приговора суд правильно положил лишь те показания Гучучалиева СМ., которые были подтверждены доказательствами, не вызвавшими у суда сомнений в их достоверности.

Показания потерпевших не содержат столь существенных противоречий соотносительно признательных показаний Гучучалиева СМ., которые позволяли бы суду прийти к выводу о том, что эти показания были Гучучалиевым СМ. надуманы либо кем-то ему незаконно навязаны.

Вещественным доказательством пребывания Гучучалиева СМ. в машине суд обоснованно рассматривал найденную в ней под сиденьем флэш-карту с фото- и видеоматериалами, содержание которых свидетельствует о принадлежности их Гучучалиеву СМ.

Обстоятельства обнаружения флэш-карты были проверены судом путем допроса свидетелей К иА

Доказательственное значение флэш-карты не умаляет время ее обнаружения, так как процессуальных препятствий для неоднократного производства осмотра автомашины не имелось, тем более что в ходе ранее состоявшихся следственных действий, как видно из соответствующих протоколов, тщательный осмотр интерьера ее салона с подъемом сидений не производился.

Факт обнаружения флэш-карты и ее информационное содержание оценены судом в совокупности с другими доказательствами.

Утверждения Гучучалиева СМ. о том, что эти личные фото- и видеоматериалы были умышленно перенесены сотрудниками правоохранительных органов с другой флэш-карты, имевшейся при нем в момент задержания, опровергаются материалами дела, из которых не следует, что у задержанного при себе были обнаружены какие-либо информационные носители.

Не имеется оснований полагать, как о том утверждает в своей жалобе осужденный, что имевшиеся на флэш-карте фото- и видеоматериалы в части его изображения совместно с другими участниками преступного сообщества были фальсифицированы с использованием снимков, добытых и переданных оперативными сотрудниками в распоряжение следственных органов 25 ноября 2013 г. Из протокола осмотра флэш-карты и результатов изучения фотографий, представленных оперативными органами в порядке исполнения поручения, следует, что информационное содержание этих материалов несопоставимо по своему объему. Кроме того, датой создания на флэш-карте папок с фото- и видеоматериалами является 2012 г. и январь 2013 года, то есть период, предшествовавший задержанию Гучучалиева.

Так как нахождение Гучучалиева СМ. в числе нападавших подтверждается, помимо его признания в ходе следствия, фактом обнаружения на месте преступления принадлежащей ему флэш-карты, а его показания относительно А как своего соучастника согласуются с показаниями свидетеля Аб в которых тот отрицая осведомленность о наличии в распоряжении его сына А автомашины и затрудняясь пояснить об обстоятельствах выдачи на имя последнего письменной доверенности на право управления ею, тем не менее, признал, что обнаруженную в этой машине куртку носил он и сын и лично им (А был получен пропуск, найденный в ее кармане, суд имел достаточные основания оценивать показания данного свидетеля, как изобличающие Гучучалиева СМ., в противовес доводам последнего.

Таким образом, изложенные свидетелем А сведения не противоречат тем, которые следуют из показаний потерпевших С М К других свидетелей протокола осмотра места происшествия и иных доказательств, а также сообщены Гучучалиевым СМ. при допросе 2 июня 2013 г.,

На основе собранных и исследованных доказательств судом полно и достоверно установлены также обстоятельства совершения Гучучалиевым СМ. преступлений 24 мая 2013 г. в отношении потерпевших - сотрудников батальона полка ППСМ УМВД России по г. К И иД и 31 мая 2013 г. - сотрудников МВД России по Республике под псевдонимами И , И и П осуществлявших его задержание.

Выводы суда о виновности Гучучалиева СМ. в посягательстве на жизнь названных потерпевших основаны на исследовании имевших место событий, анализе и оценке объективно выполненных осужденным действий совершение которых им, по существу, не оспаривается, свидетельствующих о том, что, находясь в розыске, он в ответ на требования предъявить для проверки документы, удостоверяющие его личность, произвел выстрелы в К И иД а позже в сотрудников намеревавшихся его задержать.

Обстоятельства совершения этих преступлений подробно изложены и в полной мере соответствуют исследованным доказательствам, в частности показаниям потерпевших К и И свидетеля Ш со слов Д потерпевших под псевдонимами И П ,И свидетелей Д Д А М Р К под псевдонимом А по факту событий преступлений, свидетелей Ю

Г Г Н И М по поводу причастности к преступлениям Гучучалиева СМ., а также заключениям экспертов, установившим характер и степень тяжести телесных повреждений, причиненных потерпевшим в ходе совершенных Гучучалиевым СМ. посягательств на их жизнь, а также ранений, которые были получены Гучучалиевым СМ. самим в результате оборонительных действий К а затем 31 мая 2013 г. - при проведении спецоперации по его задержанию.

Суд обоснованно учитывал при этом также другие приведенные в приговоре доказательства, включая протоколы осмотра мест происшествия и обнаруженного при задержании Гучучалиева СМ. оружия, а также акты судебно-баллистических, химической, молекулярно-генетической трасологической экспертиз, которые подтверждают использование осужденным в ходе совершения преступлений 24 и 31 мая 2013 г. пистолета конструкции «АПС» Стечкина, причинение выстрелами из него ранений К Н. и Д и стрельбу из него по сотрудникам МВД России по Республике , участвовавших в спецоперации.

Судебная коллегия считает несостоятельными доводы Гучучалиева СМ. о том, что производство им выстрелов в подъезде дома, где он был застигнут 24 мая 2013 г., а также в строящемся здании, где укрывался 31 мая 2013 г., было обусловлено самообороной, желанием избежать своего задержания и не преследовало цель убийства сотрудников правоохранительных органов. Так, из показаний потерпевших К и И следует, что стрельба по ним Гучучалиевым СМ. была открыта без каких-либо предупреждений и выдвижения требований, огонь велся на поражение, в результате чего двое - Д иК получили огнестрельные ранения.

О целенаправленной Гучучалиевым С М . стрельбе по сотрудникам спецназа свидетельствуют также показания потерпевших под псевдонимами И , И П и других допрошенных лиц - сотрудников данного подразделения о том, что, заметив их приближение, Гучучалиев СМ. стал производить в них выстрелы, от которых они укрывались за бетонной стеной на предложение сдаться продолжил указанные действия до того момента как у него закончились боеприпасы и он получил ранение в результате ответного огня.

О наличии в распоряжении членов преступной организации арсенала оружия свидетельствует факт обнаружения его у ликвидированных в ходе спецопераций боевиков, входивших, как установлено органами следствия, в ту же преступную организацию, что и Гучучалиев СМ., а также подтверждение потерпевшими и свидетелями вооруженности нападавших на лиц и установление по результатам осмотра мест происшествия и исследований экспертов следов воздействия оружия, боеприпасов и взрывных устройств.

Сведения о владении членами преступной организации оружием боеприпасами и взрывными устройствами содержатся также в показаниях Гучучалиева С М .

Документальным подтверждением его показаний являются фото- и видеоматериалы, обнаруженные на принадлежащей ему флэш-карте и карте памяти, изъятой с места осмотра трупа М на которых Гучучалиев С М . и его сообщники запечатлены с различным оружием.

Невозможность обнаружения в процессе предварительного следствия по делу оружия, которое использовалось Гучучалиевым СМ. и его сообщниками при совершении некоторых из рассматриваемых преступлений, не позволяет усомниться в том, что такое оружие имелось в их распоряжении как членов организованной группы «»,

входящей в преступное сообщество, на что указано судом в приговоре.

С учетом установленных обстоятельств, в том числе показаний Гучучалиева С М . о передаче им А пистолета, из которого был застрелен судья М и ранен водитель М у суда обоснованно не возникло сомнений в применении Гучучалиевым СМ. в ходе совершения преступлений различного оружия, а не только пистолета конструкции «АПС» Стечкина № который находился при нем во время задержания. Опровержением этим выводам суда не может служить обнаружение при осмотре трупа А пистолета, который не имеет отношения к инкриминируемым Гучучалиеву СМ. преступлениям поскольку, как и Гучучалиев СМ., другие члены преступной организации также имели доступ к различному оружию, а не только к тому, с которым они были застигнуты. Кроме того, неустановленный следствием пистолет использовавшийся Гучучалиевым СМ. в ходе посягательства на М.

и при угоне автомашины М как следует из заключений экспертов, являлся оружием при совершении нападения на сотрудников ДПС, в чем принимали участие и Гучучалиев СМ., и А

Не имеет значения для дела то обстоятельство, что суд не установил причины, по которым имел место обмен Гучучалиева СМ. оружием с А

Иные доводы стороны защиты о непричастности осужденного к преступлениям, его информированности о них от других лиц и из средств массовой информации, отсутствии происходящих от него следов на месте преступлений, в том числе в салонах машин, производстве выстрелов в потерпевших из оружия, изъятого не у него, а иных лиц, наличии противоречий в показаниях с другими доказательствами относительно ряда обстоятельств, в частности угона такси, что не следует из других доказательств, должным образом проверялись судом первой инстанции результаты проверки отражены в приговоре с обоснованием принятых решений.

Судебная коллегия, проверив аналогичные доводы, приведенные в жалобах и в ходе апелляционного рассмотрения дела, также приходит к выводу о том, что они полностью опровергаются исследованными судом и подробно изложенными в приговоре достоверными и допустимыми доказательствами, которые не содержат существенных противоречий и согласуются между собой.

Оснований считать обоснованными доводы осужденного и защитника о неверной оценке представленных доказательств у Судебной коллегии не имеется.

Рассмотренные и оцененные судом доказательства содержат исчерпывающие сведения относительно обстоятельств, имеющих значение для принятия правильного решения по настоящему делу, в связи с чем доводы жалоб об обвинительном уклоне суда при рассмотрении уголовного дела, об односторонней оценке доказательств, а также о том, что приговор суда основан на догадках и предположениях, Судебная коллегия также находит несостоятельными.

В опровержение виновности осужденного не могут рассматриваться усмотренные в доказательствах и приводимые в жалобах стороной защиты несоответствия, поскольку они не носят характер существенных и их оценка дана стороной защиты в отрыве от совокупности иных добытых и исследованных доказательств, что противоречит закрепленному в ст. 8 8 УПК РФ принципу, которым руководствовался суд.

Не допущено судом также нарушений требований уголовно процессуального закона при разрешении вопроса о допустимости и относимости представленных доказательств либо тех, которые ограничили права участников судопроизводства и повлияли на правильность принятого в отношении Гучучалиева СМ. судебного решения.

Поданные в ходе судебного разбирательства дела сторонами ходатайства разрешены в соответствии с действующим законодательством принятые по ним решения мотивированны, общие условия судебного разбирательства соблюдены, положения ст. 256 УПК РФ не нарушены.

Утверждения Гучучалиева СМ. об искажении в приговоре показаний данных им в судебном заседании, беспочвенны. Его отношение к предъявленному обвинению и показания, данные по существу дела, в полной мере соответствуют содержанию протокола судебного заседания, замечаний на который сторонами не приносились.

Судебное разбирательство дела, как следует из протокола судебного заседания, проходило в соответствии с принципами уголовного судопроизводства, в том числе на основе состязательности и равноправия сторон перед судом.

Несостоятельны доводы осужденного о том, что участие назначенных ему в порядке ст. 51 УПК РФ адвокатов в производстве по делу имело место без получения на то его согласия. Из протоколов следственных действий видно, что защита обвиняемого назначенными адвокатами осуществлялась лишь в тех случаях, когда с другими адвокатами заключенных соглашений не имелось и об отложении допроса с целью найма адвоката ходатайств от Гучучалиева СМ. не поступало. После отказа Гучучалиева СМ. 2 июня 2013 г. от услуг адвоката Магомедова М.Ш., который оказывал ему помощь в ходе допроса 1 июня 2013 г., он просил о предоставлении ему другого защитника, причем за счет государства. При этом данных о том, что в качестве такового защитника он хотел бы видеть адвоката из какой-то определенной коллегии адвокатов, материалы дела не содержат. После назначения адвоката Ужуева АО. Гучучалиев СМ. выразил согласие на участие данного защитника, и тот осуществлял его защиту при допросе 2 июня 2013 г.

Не зафиксировано в протоколах допросов от 1 и 2 июня 2013 г просьбы Гучучалиева СМ. о предоставлении ему до начала этих следственных действий свидания с защитником наедине и конфиденциально в связи с чем нельзя признать состоятельными доводы осужденного о нарушении следователем положений ч.4 ст.92 УПК РФ. Между тем в соответствии с п.4 ст.92 УПК РФ предоставление указанного права задержанному ставится в зависимость от заявления им соответствующего ходатайства. Право на свидания с защитником наедине и конфиденциально осужденному неоднократно разъяснялось, в том числе как видно из соответствующих протоколов, непосредственно до начала каждого допроса.

При заключении родственниками Гучучалиева соглашения с адвокатами Мудуновым К.М. и Лабазандибирова М.Ш. и представления ими следователю ордеров №32 и 19/13 от 3 июня 2013 г. они незамедлительно были допущены к участию в деле и начиная с 3 июня 2013 г. осуществляли свои полномочия по защите, согласовали с Гучучалиевым его письменное заявление об отказе от услуг адвоката по назначению.

Не опровергает эти обстоятельства факт представления адвокатами Лабазандибировым М.Ш. и Мудуновым К.М. в более позднее время ордеров, датированных 1 июня 2013 г., поскольку в материалах дела не имеется сведений о том, что, имея информацию о принятии Лабазандибировым М.Ш. и Мудуновым К.М. поручения на защиту, органы следствия противодействовали допуску названных адвокатов к участию в деле до 3 июня 2013 г.

Не усматривает Судебная коллегия, как и суд первой инстанции объективных данных, на основе которых можно судить о фальсификации следственными органами материалов дела. Не приводится таковых Гучучалиевым СМ. и его защитником также в жалобах, его заявления по этому поводу носят голословный характер.

Утверждения Гучучалиева СМ. о том, что протоколы от 1 и 2 июня 2013 г. он не подписывал и изложенных в них показаний не давал противоречат его же позиции, занятой в судебном заседании и подтвержденной в доводах апелляционной жалобы, согласно которой им не отрицается по существу производство этих допросов и свое участие в них, а оспаривается содержание самих показаний по тем мотивам, что он давал их с целью облегчить участь А или под принуждением, а часть их являлась измышлением следователя и оперативных сотрудников.

Доводы осужденного о самооговоре и применении недозволенных методов следствия судом тщательно проверены и обоснованно отвергнуты как противоречащие материалам дела.

При проверке обоснованности выводов суда в указанной части Судебная коллегия также учитывает совокупность данных свидетельствующих о том, что Гучучалиеву СМ. надлежащим образом и своевременно были разъяснены его права в качестве подозреваемого и обвиняемого, ст. 51 Конституции РФ, а также созданы условия для реализации этих прав; его допросы были проведены с соблюдением установленной процедуры, которая является гарантией недопущения незаконного воздействия на него, поскольку в них участвовал защитник, что исключало дачу Гучучалиевым СМ. показаний, вопреки его воле или не отвечающих отношению к предъявленному обвинению; содержание данных им показаний, в которых он, не только признавал себя причастным к преступлениям, но в ряде случаев категорически отрицал совершение им каких-то конкретных действий, оспаривал свое участие в других преступных событиях, использовал отказ от дачи показаний, позволяет считать, что у Гучучалиева СМ. имелась реальная возможность выбора любой желаемой позиции защиты от предъявленного обвинения, что в условиях оказания на него незаконного воздействия фактически исключено.

Каких-либо телесных повреждений у Гучучалиева СМ., как следствия примененного к нему физического насилия, на которое он указывает в своей жалобе, при его медицинском освидетельствовании 5 июня 2013 г обнаружено не было.

Не установлено судом также сведений, свидетельствующих о внесении самим следователем дополнений от имени допрашиваемого лица в показания свидетеля М чем тот объяснял имеющиеся несоответствия в своих показаниях, данных при расследовании дела и в судебном заседании Отраженная в протоколе допроса процедура следственного действия в полной мере соответствует требованиям ст. 164, 166, 189 УПК РФ Содержание внесенных в протокол показаний, как и фототаблиц приложенных к протоколу, без каких-либо замечаний удостоверено подписью М путем проставления таковой на каждом листе При оценке достоверности показаний М суд, наряду с прочими данными, учитывал, что свидетель не только сообщал известные ему обстоятельства относительно роли Гучучалиева СМ. в преступной организации, но и подтверждал их в ходе просмотра информации с обнаруженной и приобщенной к делу в качестве вещественного доказательства флэш-карты. Наличие в этих показаниях подробных деталей произошедших событий свидетельствует об осведомленности М.

о них как очевидца. О надлежащей реализации предоставленных свидетелю прав и, соответственно, законности его допроса, можно судить на основе его показаний, где он отказывался сообщить что-либо о таких фактах и событиях, которые интересовали органы следствия, но ему были неизвестны.

Кроме того, в процессе доказывания вины осужденного использовалась совокупность доказательств и в случаях, когда какие-либо из показаний свидетелей не находили своего иного подтверждения, они судом отвергались с приведением этому убедительного обоснования.

Не прослеживается взаимосвязи между содержанием данных Гучучалиевым СМ. показаний и обстоятельствами гибели его отца.

Вместе с тем Судебная коллегия полагает необходимым исключить из приговора ссылку суда как на доказательство протокол допроса Гучучалиева СМ. от 1 июня 2013 г., поскольку последний давал показания в статусе свидетеля и, несмотря на обеспечение его защитником, был предупрежден об уголовной ответственности по ст. 307-308 УК РФ. При этом следует учесть что исключение указанного доказательства не влияет на исход уголовного дела, так как виновность Гучучалиева СМ. в совершении преступлений доказана совокупностью других доказательств, приведенных в приговоре, в том числе его показаниями от 2 июня 2013 г., в которых он дает пояснения о значимых для дела обстоятельствах, поэтому исключение из разряда доказательств одних из его показаний не влияет на достаточность этих доказательств.

Положенные в основу приговора показания Гучучалиева СМ. от 2 июня 2013 г. получены в точном соответствии с установленными требованиями закона, удостоверены подписями участвовавших в следственных действиях лиц, в том числе Гучучалиева и его защитника.

Нарушений закона, которые бы ставили под сомнение результаты состоявшегося опознания осужденного, при производстве расследования допущено не было. Законность процедуры проведения опознания Гучучалиева СМ. потерпевшим Ч и свидетелем М.

судом проверена. Судебная коллегия считает, что суд обоснованно не усмотрел оснований для исключения данных протоколов предъявления для опознания из числа допустимых доказательств.

Психическое состояние осужденного проверено, согласно выводам экспертов Гучучалиев СМ. не страдал и не страдает каким-либо психическим расстройством, не обнаруживает признаков временного болезненного расстройства психической деятельности, слабоумия, мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. Каких-либо оснований сомневаться в психическом здоровье осужденного у суда не имелось, он обоснованно признан вменяемым.

Данная судом квалификация действий Гучучалиева СМ. по фактам участия в преступном сообществе и руководстве одним из его структурных подразделений, посягательства на жизнь сотрудников правоохранительных органов и судьи, причинения телесных повреждений гражданскому лицу основана на установленных обстоятельствах дела.

Суд должным образом установил цель посягательства на жизнь сотрудников правоохранительных органов и судьи, которая была обусловлена их законной профессиональной деятельностью.

Суд обоснованно усмотрел в действиях Гучучалиева СМ. состав преступления, предусмотренного ч.З ст.222 УК РФ, но вместе с тем в описательно-мотивировочной части приговора после приведения доказательств совершения данного преступления, дал излишнюю юридическую оценку его действиям, связанным с владением им пистолетом конструкции «АПС» Стечкина № так как данный пистолет являлся лишь одной из единиц огнестрельного оружия, за незаконный оборот которого, а также боеприпасов и взрывных устройств Гучучалиев СМ. был осужден. По этой причине данная квалификация подлежит исключению из приговора с учетом того, что в приговоре содержится правовая оценка действий Гучучалиева СМ. по незаконному обороту всего арсенала огнестрельного оружия, а также боеприпасов и взрывных устройств, к которому была установлена его причастность судом.

Кроме того, излагая обстоятельства совершения данного преступления суд не привел данных о времени приобретения Гучучалиевым СМ. в статусе участника преступного сообщества либо руководителя его структурного подразделения огнестрельного оружия, боеприпасов и взрывных устройств что позволило бы рассматривать вопрос о сроках давности привлечения его к уголовной ответственности за данное действие.

Не образуют приведенные в приговоре действия Гучучалиева СМ. в понимании закона признака передачи оружия, боеприпасов и взрывных устройств, под которым, по смыслу закона, понимается их незаконное предоставление для временного использования или хранения посторонним лицам, каковыми нельзя признать членов преступного сообщества приобретавших это вооружение в совместных целях и для совместного использования.

Поскольку незаконной перевозкой оружия, боеприпасов и взрывных устройств является их перемещение на любом виде транспорта, но не непосредственно при обвиняемом, а в приговоре отсутствуют сведения о транспортировке Гучучалиевым СМ. либо его сообщниками указанных предметов подобным способом, его действия без достаточных оснований квалифицированы по указанному признаку ст.222 УК РФ.

При описании преступления, предусмотренного ст.222 УК РФ, как и ч. 1 ст.210 УК РФ, в приговоре не приводится данных, указывающих на сокрытие указанных предметов в помещениях, тайниках, а также в иных местах, обеспечивающих их сохранность, и лишь констатируется, что Гучучалиев СМ. и члены преступного сообщества хранили оружие, что недостаточно для квалификации действий осужденного по данному признаку ст.222 УК РФ.

Таким образом, следует признать, что объективно выполненные Гучучалиевым СМ. действия, связанные с незаконным оборотом оружия боеприпасов и взрывных устройств, фактически заключались в их ношении что подтверждается наличием их у Гучучалиева СМ. с соучастниками при себе и использование во время совершения ими преступлений.

Судебная коллегия полагает необходимым исключить осуждение Гучучалиева СМ. за незаконный оборот оружия, боеприпасов и взрывчатых веществ, которые находились в распоряжении других членов организованной группы, не участвовавших в совместных с ним преступлениях, за которые он осужден, так как руководство им осуществлялось лишь с мая 2012 года и на основе приведенных в приговоре действий Гучучалиева СМ., квалифицированных по ч.З ст.222 УК РФ, не представляется возможным судить, в чем конкретно они выразились в части оборота указанного вооружения. С учетом данных обстоятельств Гучучалиев СМ. должен нести ответственность лишь за незаконное ношение огнестрельного оружия, боеприпасов и взрывного устройства, в том числе не обнаруженных в ходе следствия, которые находились при нем и соучастниках во время совершения нападений на сотрудников правоохранительных органов, судью и гражданских лиц.

Указанное решение Судебной коллегии не ставит под сомнение функционирование преступного сообщества и его структурного подразделения « » под руководством Гучучалиева СМ. как вооруженной преступной организации, о чем были осведомлены все ее члены.

Судебная коллегия не может согласиться с правильностью квалификации действий Гучучалиева СМ. по п. «а» ч.2 ст. 105 УК РФ, что было связано судом первой инстанции с тем, что совершенному осужденным убийству Ч предшествовало посягательство на жизнь сотрудника полиции П приведшее к смерти и квалифицированное судом по ст.317 УК РФ.

При этом Судебная коллегия учитывает, что ст. 105 и 317 УК РФ имеют различные объекты посягательства. Преступление, предусмотренное ст.317 УК РФ, направлено против порядка управления, где жизнь потерпевшего, в отличие от ст. 105 УК РФ, является дополнительным объектом посягательства. В связи с такой объективной стороной этого состава преступления мера ответственности за него более строгая, чем за убийство Между тем, по правилам квалификации в одном и том же преступлении один и тот же объект не может быть одновременно и основным, и дополнительным, что вопреки указанному положению имеет место при квалификации судом действий Гучучалиева СМ.

В связи с тем, что при завладении Гучучалиевым СМ. и его соучастниками автомашиной под управлением М в адрес последнего высказывались угрозы применения насилия, в подтверждение чего на него было направлено оружие, суд пришел к верному выводу о том что угон транспортного средства был совершен с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, однако без достаточных оснований квалифицировал эти действия также по признаку применения такого насилия и не учел, что этот признак в вину Гучучалиеву СМ. органами следствия не вменялся.

И напротив, признак угрозы применения насилия, опасного для жизни и здоровья, излишне указан судом при квалификации угона автомашины под управлением М которому во время совершения преступления был причинено огнестрельное ранение ноги.

При правовой оценке содеянного в части угона автомашины под управлением И суд допустил существенные противоречия в описательно-мотивировочной части приговора, квалифицировав в одном случае эти действия согласно установленным обстоятельствам дела как угон транспортного средства с применением к потерпевшему насилия, не опасного для жизни и здоровья, совершенный организованной группой, то есть по ч.З ст. 166 УК РФ, а в другом случае - после приведения и анализа доказательств по данному преступлению по ч.4 ст. 166 УК РФ предусматривающей ответственность за угон транспортного средства с применением к потерпевшему насилия, не опасного для жизни и здоровья совершенный организованной группой, что не соответствует содержанию тех действий, в которых Гучучалиев СМ. обвинялся и фактически совершил Потому ссылку суда на квалификацию совершенных им в отношении И действий по ч. 4 ст. 166 УК РФ Судебная коллегия полагает необходимым исключить из приговора.

Кроме того, не основано на установленных обстоятельствах дела и не следует из описания преступления, изложенного в приговоре, использование Гучучалиевым СМ. и его соучастниками в ходе неправомерного завладения автомобилем И оружия и боеприпасов. В связи с этим в действиях осужденного суд незаконно признал наличие отягчающего обстоятельства предусмотренного п. «к» ч. 1 ст.63 УК РФ.

Нельзя согласиться с правильностью решения суда о признании использования оружия и боеприпасов обстоятельством, отягчающим Гучучалиеву СМ. наказание за убийство Ч Из приговора следует, что потерпевшая стала жертвой в результате того, что случайно оказалась в зоне ведения огня из оружия, применение которого в сложившейся ситуации явилось основанием для квалификации действий Гучучалиева СМ. по признаку п. «е» ч.2 ст. 105 УК РФ, как совершенных общеопасным способом.

То обстоятельство, что деятельность Гучучалиева СМ. как участника преступного сообщества, а затем руководителя его структурного подразделения была сопряжена с незаконным оборотом оружия и боеприпасов, явилось основанием для его осуждения по ст.222 УК РФ Применение им оружия в ходе совершаемых нападений послужило поводом для признания данного обстоятельства отягчающим при назначении наказания за конкретные деяния. Сведений об иных действиях, образующих объективную сторону преступления, предусмотренного ч.1 ст.210 УК РФ совершенных Гучучалиевым СМ. с использованием оружия и боевых припасов, материалы дела не содержат и в приговоре таковых не приведено что свидетельствует о необоснованности признания данного преступления совершенным при обстоятельстве, отягчающем наказание, установленном п. «к»ч.1 ст.63 УК РФ.

Вносимые Судебной коллегией в приговор изменения, связанные с уменьшением объема обвинения по ст.222 УК РФ, с исключением из осуждения Гучучалиева п. «а» ч.2 ст. 105 УК РФ, а также из ч.4 ст. 166 УК РФ признаков применения насилия либо угрозы применения насилия при квалификации его действий по факту угона автомашин, обстоятельства отягчающего наказание в указанных выше случаях, являются основанием для смягчения осужденному в соответствующей части основного наказания в виде лишения свободы.

Подлежит изменению приговор также в части назначения Гучучалиеву дополнительного наказания по совокупности преступлений.

Суд первой инстанции, назначая Гучучалиеву в качестве дополнительного наказания ограничение свободы, не учел положений ст. 44 УК РФ, из которой следует, что лишение свободы на определенный срок и пожизненное лишение свободы являются двумя самостоятельными видами наказания.

В соответствии с ч.2 ст.53 УК РФ ограничение свободы назначается в качестве дополнительного вида наказания к принудительным работам или лишению свободы в случаях, предусмотренных соответствующими частями Особенной части УК РФ.

Назначение ограничения свободы в качестве дополнительного наказания к пожизненному лишению свободы законом не предусмотрено.

Иных оснований для пересмотра назначенного Гучучалиеву наказания Судебная коллегия не находит, в том числе по изложенным в жалобах доводам. Все значимые в вопросе меры наказания обстоятельства в других случаях судом были установлены и учтены.

Назначение наказания в виде пожизненного лишения свободы судом в должной степени мотивировано. Суд обоснованно признал невозможным достижение целей восстановления социальной справедливости, исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений в будущем иначе, как назначив ему за ряд преступлений, а также по правилам ч.З ст.69 УК РФ наказание в виде пожизненного лишения свободы.

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами совершенных осужденным преступлений, его ролью, поведением во время и после их совершения и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступлений, суд обоснованно не усмотрел. Не усматривает таковых и Судебная коллегия.

Установленное в действиях Гучучалиева СМ. обстоятельство смягчающее ему наказание - наличие на иждивении малолетнего ребенка, а также учтенное судом состояние здоровья осужденного не влияют на законность, обоснованность и справедливость такой меры ответственности с учетом роли и степени его вины в совершении этих преступлений, наличия в его действиях отягчающих обстоятельств, а также иных приведенных в приговоре данных, относящихся к личности и содеянному.

Оснований для признания назначенного наказания в виде пожизненного лишения свободы несправедливым не имеется.

Вид исправительного учреждения судом определен в соответствии с требованиями ст.58 УК РФ.

Гражданский иск разрешен применительно к требованиям закона.

На основании изложенного руководствуясь ст. 389 , 389 , 398 УПК РФ, Судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

приговор Ставропольского краевого суда от 8 апреля 2016 г. в отношении Гучучалиева С М изменить:

- исключить из описательно-мотивировочной части приговора ссылку суда на показания Гучучалиева СМ., данные им при допросе в качестве свидетеля (т. 66, л.д. 20 - 31), как на доказательство его вины;

- исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание суда о квалификации его действий по ч.4 ст. 166 УК РФ по факту неправомерного завладения автомашиной И и о признании обстоятельством, отягчающим наказание за данное преступление его совершение с использованием оружия, боевых припасов; смягчить назначенное ему по ч.З ст. 166 УК РФ наказание до 6 лет 6 месяцев лишения свободы;

- исключить его осуждение по ч.4 ст. 166 УК РФ по квалифицирующему признаку преступления в отношении М совершения его с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, и смягчить назначенное ему по данной статье наказание до 8 лет 10 месяцев лишения свободы;

- исключить его осуждение по ч.4 ст. 166 УК РФ по квалифицирующему признаку преступления в отношении М совершения его с применением насилия, опасного для жизни и здоровья и смягчить назначенное ему по данной статье наказание до 7 лет 6 месяцев лишения свободы;

- исключить его осуждение по п. «а» ч.2 ст. 105 УК РФ и указание суда о признании обстоятельством отягчающим наказание за данное преступление, его совершения с использованием оружия, боевых припасов смягчить наказание по пп. «е», «ж» ч.2 ст. 105 УК РФ до 16 лет 6 месяцев лишения свободы;

- исключить указание суда о признании обстоятельством, отягчающим наказание за преступление, предусмотренное ч.1 ст.210 УК РФ, совершение его с использованием оружия, боевых припасов и смягчить назначенное по данной статье наказание до 14 лет 6 месяцев лишения свободы;

- исключить из описательно-мотивировочной части приговора как излишне данную квалификацию его действий по ч.З ст.222 УК РФ в части незаконного оборота пистолета конструкции Стечкина «АПС» №

- исключить его осуждение по ч.З ст.222 УК РФ за незаконные приобретение, хранение, передачу и перевозку огнестрельного оружия, боеприпасов и взрывных устройств, а именно: автомата Калашникова «АКС-74У» калибра 5,45 мм с номером на рамке пистолетов конструкции Стечкина «АПС» № № №

пистолета конструкции Макарова «ПМ» без номера калибра 9 мм патронов калибра 9 мм в количестве 124 шт., калибра 5,45 мм - 126 шт калибра 7,62 мм - не менее 65 штук, самодельного взрывного устройства мощностью не менее 377, 235 г в тротиловом эквиваленте, ручных осколочных гранат Ф-1 в количестве 2 шт., другого неустановленного оружия и боеприпасов, а также за незаконные приобретение, хранение ношение, передачу и перевозку остального огнестрельного оружия боеприпасов и взрывных устройств; снизить назначенное ему по ч.З ст.222 УК РФ наказание за ношение огнестрельного оружия, боеприпасов и взрывных устройств до 6 лет 6 месяцев лишения свободы;

- исключить назначение ему по ч.З ст.69 УК РФ дополнительного наказания в виде ограничения свободы.

На основании ч.З ст.69 УК РФ по совокупности преступлений предусмотренных ч.1 ст.210, п. «г» ч.2 ст. 112, пп. «е», «ж» ч.2 ст. 105, 295, ч.З ст.222, ч. 3 ст. 166 УК РФ, пяти преступлений, предусмотренных ст.317 УК РФ, и двух преступлений, предусмотренных ч.4 ст. 166 УК РФ окончательно назначить Гучучалиеву С М наказание в виде пожизненного лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии особого режима, без ограничения свободы.

В остальном приговор в отношении Гучучалиева С М оставить без изменения, а апелляционные жалобы осужденного и адвоката - без удовлетворения Председательствующий судь Судьи

Комментарии ()

    Судебная практика

    Судебная практика по статье 295 УК РФ

    Информация о структуре кодекса

    Карта сайта